Я всю жизнь думал, что Патти – такая отвязная панкушка, что-то вроде Ramones или Sex Pistols, а панк-рок мне, честно говоря, нравился ровно месяц. Я успел побрить виски, приведя своих престарелых родственников в состояние трагического стоицизма, купить подержанную коричневую косуху и чёрную бейсболку (думаю, это была первая бейсболка в нашем городе в те дни, это был 88-й год, по-моему). После чего мне стало невыносимо скучно, а когда я прочёл, что Сид [Вишез] и Нэнси [Спанджен] фактически сгнили заживо, панк-рок окончательно умер для меня.
Творчество Патти Смит тоже оставалось где-то за гранью восприятия. Разумеется, я слышал Horses и какие-то другие вещи, но в то время они прошли мимо, не царапнув юношеского восприятия. В тот момент я как раз открывал для себя бездны чикагского блюза и Motown, поэтому к наследию белых музыкантов относился с прохладцей. Книгу Патти я купил для своей любимой девушки, которой нравится мемуарная проза. А вскоре подсел и сам. Оказалось, что вне зависимости от музыкального творчества Патти Смит, её проза удивительна и стоит самых наивысших похвал.
Первое, что меня поразило, кругозор Патти, которая не только с юности жила стихами Рембо и Маяковского (да-да), но и вообще была основательно подкована в искусстве. Её мать работала официанткой и пела джаз, а отец пахал на каком-то заводе. Но, тем не менее, он, например, читал детям вслух Платона (представьте себе отечественного работягу). На шестнадцатилетие мать подарила Патти книгу о творчестве мексиканского художника Диего Риверы. В общем, складывается стойкое ощущение, что Патти и «панк» – это совершенно разные вещи. Из разных вселенных.
«Просто дети» – это очень трогательный и искренний рассказ о том, как юная Патти приехала в Нью-Йорк, как голодала и холодала, живя исключительно мечтами, стихами и рисунками, как она встретила Роберта Мэпплторпа, которого полюбила на всю жизнь, и которого подтолкнула к занятию фотографией. Он, в свою очередь, тоже дал ей тот творческий импульс, который привёл её в итоге в Зал славы рок-н-ролла. Разумеется, тем, кому интересны такие имена, как Энди Уорхол, Аллен Гинзберг, Дженис Джоплин или Джимми Хендрикс, читать будет особенно приятно, поскольку Патти мастерски передаёт энергетически насыщенную атмосферу того времени.
С другой стороны, мне кажется, даже тот, кто ничего не знает о той эпохе, сможет прочесть «Просто дети» как повесть о любви юной романтической девушки к красавцу-юноше, который постепенно осознаёт свою гомосексуальность. Судьба постепенно разводит их, но они, тем не менее, сохраняют в себе способность поддерживать прекрасную и животворящую любовь. Роберт умирает от СПИДа на вершине славы, став мировой звездой художественной фотографии, Патти пишет: «Роберт умирал – творил молчание». Даже в его смерти она видит акт творчества.
Умение Патти так жертвенно любить, так открыто, без осуждения принимать всё, что делает любимый человек, обезоруживает и подкупает. Разумеется, моралистам такие книги лучше не читать: свинья везде грязь найдёт. Лучше ещё раз обратить внимание на название: герои книги любят простодушно и всецело, как дети. И эта совершенно чистая, такая странная в наши дни, любовь оставляет в душе очень приятный след. Прекрасная книга.